Потрясающая, психоделическая картина. Словно пьяный паук искупался в нескольких горшках с краской, а потом сплел многоцветную сеть на листе бумаги.
Система поставила бы в тупик даже коммивояжера. В самом деле, сходство архитектуры с Лондонской подземкой было невероятным: из любой точки системы в другую точку вело множество путей, и чаще всего было совершенно непонятно, какой из них лучший. Нередко расположенное поблизости место оказывалось недоступным; вам невольно хотелось проложить новый туннель между двумя точками. Или подняться и сесть на автобус либо идти пешком.
Такую архитектуру нельзя было назвать «хорошей» ни по каким показателям. Проблемы Мегаполиса выходили за пределы проектирования, они проникли в процесс разработки и корпоративную культуру. Они стали причиной заметного архитектурного загнивания. В течение многих лет код рос «органически» – проще говоря, никто не занимался сколько-нибудь серьезным архитектурным проектированием, а новые части попросту «лепились» на систему без особых размышлений. Никто никогда не пытался остановиться и сформировать в коде сколько- нибудь вменяемую структуру. Система росла сама по себе; перед нами был классический пример системы, проектированием архитектуры которой никто не занимался. Впрочем, нельзя было сказать, что кодовая база не имела никакой архитектуры. Архитектура была, но очень плохая.
Состояние дел Мегаполиса становилось более понятным (хотя и непро-стительным!) после знакомства с историей компании, создавшей систему: это была начинающая фирма, которой приходилось часто выдавать новые версии продукта. Задержки исключались – они означали финансовый крах. Программистов заставляли выдавать работоспособный код настолько быстро, насколько способен человек (и еще быстрее). Структура кода формировалась в череде бешеных «авралов».
Related posts: